Подчинение: о чём говорят эксперименты Милгрэма

В статье представлено переосмысление экспериментов Милгрэма с учётом критических замечаний, что появились в последние десятилетия. На основе ряда современных научных работ установлено, что рассматриваемые эксперименты остаются методологически валидными, но представляют собой не исследование подчинения авторитету, а скорее демонстрируют, как возможно добиться максимизации подчинения с использованием специально выстроенного для этого контекста. Такой вывод служит обоснованием политики, нацеленной на недопущение концентрации власти и ресурсов в руках ограниченного круга лиц.

Описание экспериментов и основных результатов

В привычном понимании эксперименты Милгрэма представляют собой серию из ряда экспериментальных условий, в которых исследовалось, насколько далеко зайдёт человек в наказании невинного по приказу авторитета. Чтобы реализовать свой проект, Милгрэм и его сотрудники организовали постановочную среду, в которой якобы изучается влияние наказания на память. Не осведомлённый об истинных целях эксперимента, приглашённый в лабораторию Йельского университета испытуемый назначается через ложную жеребьёвку на роль учителя, который, по инструкции подставного экспериментатора, должен наказывать второго подставного участника, ученика, за неверные ответы в тесте на запоминание пар слов. Начиная с 15 вольт, за каждый последующий неправильный ответ учитель должен повышать напряжение с шагом в 15 вольт, пока ученик, находящийся в соседней комнате, не выучит все зачитываемые учителем пары слов. На самом деле эксперимент будет считаться завершённым, если испытуемый категорически откажется наказывать ученика в любой момент времени, или дойдёт до 450 вольт, используя последний переключатель три раза. Хотя настоящих ударов током не наносится, внушительная по размерам электрическая машина Милгрэма и пробный реальный разряд током в 45 вольт должны были убедить испытуемого в реальности происходящего¹.

Всего было проведено 23 эксперимента (780 испытуемых; 4 эксперимента включали в себя несколько этапов)², 18 из которых описаны в книге Милгрэма (620 испытуемых), где менялись различные переменные, будь то расстояние до ученика, смена места действия, использование двух экспериментаторов, обмен ролями ученика и экспериментатора (тогда экспериментатор мог требовать не наносить удары током), и прочее.

Самые популярные результаты из тех, что можно найти в интернете, относятся к 1 или 5 экспериментальному условию (по 40 участников в каждом): что 65% испытуемых доходят до максимального разряда, несмотря на все протесты и крики жертвы (в этих и части других условий крики жертвы были заранее записаны на магнитофон).

Изначально Милгрэм выделил ряд факторов, которые, по его мнению, могли объяснить высокие уровни подчинения³, но позже разработал более обширную теорию, и предположил наличие у человека эволюционно выработанной предрасположенности к подчинению авторитета, что усваивается в течении жизни ввиду существования «повседневных» иерархических отношений: отношения в семье, в школе, на работе и в армии словно учат человека подчиняться подобно тому, как человек с детства усваивает язык (что возможно благодаря когнитивным возможностям нашего мозга). Именно наличие иерархических отношений, а не элементы принуждения, в соответствии с этой теорией, является решающей переменной, которая переводит человека в состояние повышенного послушания, а основным психологическим следствием является перенос ответственности на авторитет, что отдаёт приказы. Если приказы авторитета будут сильно противоречить ценностям подчинённого или представлять для него угрозу, это способно вызвать крайнее напряжение, и одним из способов его снять является отказ подчиняться.

При этом Милгрэм не поддерживал тезис об агрессивной природе человека, считая, что его эксперименты не подтверждают такое утверждение: высокие уровни стресса у многих участников, попытки саботировать эксперимент (например, некоторые старались как можно быстрее нажимать на переключатель для удара током, чтобы воздействие было короче; некоторые участники интонацией выделяли правильные ответы, когда тестировали ученика), а также слабые удары током, когда по одному из экспериментальных условий экспериментатор разрешал применять любое напряжение без необходимости его постоянно повышать.

Теория подчинения Милгрэма, называемая агентным состоянием, с ограниченными критическими замечаниями принимается популярными блогерами, что делали видеоматериал на эту тему (Максим Кац, MyGap, Мудреныч, Теория Всего и так далее).

Текущая популярность и критическое переосмысление

На основе данных Google Scholar, которые позволяют оценить популярность исследовательской работы в научной и близкой к научной среде⁴, а также данных Openalex (бесплатная альтернатива Scopus и Web of Science⁵) по числу публикаций, в которых обсуждаются или упоминаются эксперименты Милгрэма, можно обратить внимание на рост популярности рассматриваемой темы в последние десятилетия, что было охарактеризовано как вторая волна критики⁶. С использованием модели логистического роста⁷ также установлено, что данная волна популярности уже прошла пиковую фазу, и поэтому возможно сделать предварительные выводы о статусе экспериментов Милгрэма.

Рост популярности стал возможен от различных факторов, среди которых: исследование архивов Милгрэма, новые репликации его экспериментов с высокими показателями подчинения, а также более широкой модой в психологии и науке к переосмыслению или разоблачению устоявшихся фактов⁸.

Существует несколько десятков концептуальных, частичных, более «лёгких» опубликованных версий эксперимента, что провели другие учёные за всё время. Несмотря на часто более простую задачу (максимальный удар током в новых репликациях ограничивается 150 вольтами в силу этических требований; в роли жертвы может выступать виртуальный аватар, животное или насекомое, а не только человек), люди в подавляющем большинстве случаев продолжают демонстрировать высокие уровни подчинения⁹¹⁰.

Это привело к разработке множества новых теорий, которые были призваны объяснить, почему люди подчиняются, не прибегая к теории агентного состояния, поскольку некоторые раскрытые детали экспериментов Милгрэма противоречили его объяснению (например, более настойчивые приказы экспериментатора обычно не имели эффекта, что было замечено и в репликации Бергера¹¹¹²; в условии Милгрэма 17, где в роли экспериментатора был обычный человек, уровень подчинения составил 55%).

Мы были удивлены и отчасти обеспокоены тем, что 11 [из 20 испытуемых] проявили полное подчинение, когда в качестве авторитета выступал обычный человек¹³.

К новым теоретическим разработкам в том числе относятся¹⁴¹⁵¹⁶:

1. Теория вовлечённого следования (А. Хаслам, С. Райхер) — участники подчиняются или не подчиняются экспериментатору в зависимости от того, насколько сильно идентифицируют себя с целями экспериментатора или с мнением жертвы; те, кто подчиняются, делают это ради высшей цели – науки;
2. Бюрократическая организация и страх конфортации (Н. Рассел) — Милгрэм выстроил контекст эксперимента таким образом, чтобы добиться высокого уровня подчинения; среда эксперимента с множеством различных переменных принуждения и снятия стресса стала напоминать бюрократическую среду, где важным элементом принуждения было наличие экспериментатора, с которым люди боялись вступать в конфликт;
3. Риторические дебаты (С. Гибсон) — подчинение участников зависит от того, насколько убедительными покажутся слова экспериментатора;
4. Нормативная интерпретация (Р. Кюнстлер) — участники принимают правила и нормы эксперимента, и стараются им следовать;
5. Нормализация доверия (М. Холландер, Дж. Туровец) — участники, что подчиняются, пытаются нормализовать ситуацию как обыденную или безвредную;
6. Гипотеза недоверия (Дж. Перри, А. Бранниган) — высокие уровни подчинения как следствие, что многие участники не верят в реальность нанесения ударов током, и подыгрывают экспериментатору;
7. Неявная коммуникация (Д. Капоши) — среда эксперимента является принудительной, где именно минимальные и неявные формы принуждения позволяют добиться высокого уровня подчинения, лишая возможности участников вступить в конфортацию.

Эти и другие концепции, которые Д. Капоши разделил на 3 категории (например, к ситуационистской модели относятся работы Д. Долинского, Т. Гжиба и самого Милгрэма, где основной фокус направлен на факторы среды, которые пассивно влияют на уровень подчинения, не считая, что активное вмешательство является решающим¹⁷), хотя и опираются на разные результаты экспериментов, концептуально необязательно противоречат друг другу: ряд исследователей выступили за мультиказуальную парадигму¹⁸. Соответственно и было заявлено, что эксперименты Милгрэма не ограничены только подчинением авторитету¹⁹.

Почти все новые теории не оспаривают результаты Милгрэма, а стараются их объяснить, и продолжают совершенствоваться, но из этого списка выбивается гипотеза недоверия, которая сосредоточена на вопросах методологии, и фактически утверждает, что на основе архивных записей можно сказать, что эксперименты Милгрэма не являются достаточно научными, и подобные исследования, что строятся на обмане, ненадёжны; результаты Милгрэма просто не стоит воспринимать всерьёз²⁰. Подобные предположения появились почти сразу же после публикации результатов экспериментов, но современные сторонники этого взгляда взяли на своё вооружение и данные из концепции нормализации доверия. В результате вывод о некачественном, сфабрикованном эксперименте приобрел определённую популярность: упоминания в Википедии, Telegram²¹, СМИ²², в том числе англоязычных²³, которые «разоблачают» Милгрэма.

Хотя Милгрэм скрыл различные факты о своих экспериментах и не презентовал ряд экспериментальных условий, это не относится к основной доле результатов: уровни послушания для 620 человек (18 экспериментов) доступны в книге Милгрэма вместе с данными ответов на вопрос, насколько люди верили в реальность ударов током (для 656 человек)²⁴, и на основе чего можно легко построить график.

По всем экспериментам из книги Милгрэма (и в целом по условиям, что не включены в представленный график²⁵) уровень подчинения составляет около 44%. Ввиду самых разных экспериментальных условий, данная цифра сама по себе мало о чём говорит, но её можно использовать, чтобы оценить, насколько послушные участники в среднем верили в реальность ударов током. И как минимум ¾ послушных считали, что удары током реальны или скорее реальны. Хотя послушные действительно чаще не считали удары током реальными (помощник Милгрэма провёл статистический тест, который это подтвердил, но Милгрэм решил не публиковать результаты — один из примеров важных и скрытых Милгрэмом результатов его экспериментов²⁶), если измерять послушание средними уровнями ударов током, а не только фактом, дошёл ли человек до 450 вольт, то окажется, что разница между теми, кто однозначно верил в реальность ударов током, и теми, кто сомневался (или не верил) составляет 8.9%²⁷, что не так уж и много; верующие заходили довольно далеко.

С другой стороны, высокие оценки уровня болезненности ударов током, что оценили участники (в среднем 12 баллов из 14; очень болезненные) подтверждают, что большинство так или иначе верили в реальность ударов током²⁸, а реакции участников на происходящее (например, оспаривание слов экспериментатора), будь участник послушным или непослушным по итогу (не дошёл до 450 вольт) очень схожи²⁹.

Наконец, даже наличие сомнений участников в реальности эксперимента не обязательно делает его методологически хуже: Н. Рассел приводит примеры, как люди, которые сомневались в реальности эксперимента, решали свою дилемму вполне рациональным способом — если удары токов могут быть реальны, то нельзя подвергать риску другого участника (жертву). С этой позиции Н. Рассел также считает, что наличие большего числа неверующих среди послушных является в том числе результатом попытки оправдаться³⁰ (об этом писал и сам Милгрэм, приводя пример женщины, которая по завершению эксперимента была уверена в болезненности ударов током, но позже ответила отрицательно на аналогичный вопрос в анкете).

Таким образом, абсолютное большинство участников имели веские основания считать, что либо причиняют боль жертве, либо рискуют причинить боль, и значительная часть из них подчинилась, осознавая это. И этот вывод на самом деле дополняется данными из концепции нормализации доверия, где 72% послушных участников заявили, что не верили, что жертве причиняется вред (harmed) — именно вред, а не боль³¹. Милгрэм, как будет показано далее, специально ввёл неоднозначность, позволив экспериментатору говорить, что, несмотря на болезненность ударов, необратимых последствий не будет. И значительная часть участников поверила в это: М. Холландер и Дж. Туровец приводят ряд расшифровок аудиозаписей экспериментов, где люди, говоря об отсутствии вреда, указывают, что так сказал экспериментатор, что, возможно, жертва преувеличивает свои страдания, и только часть участников (конкретное число не приводится) с какого-то момента начали действительно иметь довольно сильные сомнения или полное неверие в реальность ударов током. Можно сказать, в соответствии с Н. Расселом, что послушные участники активно оправдывали себя, понимая, что причиняют боль жертве, но старались ухватиться за неоднозначность, данную Милгрэмом: да, это больно, но вреда ведь нет.

Тот факт, что Милгрэм смог успешно обмануть в большей или меньшей степени почти всех участников, не должен особо удивлять, поскольку человек довольно легко поддаётся обману³². Хотя бессознательно люди могут в некоторой степени определять ложные и правдивые эмоции³³, на практике результаты часто слабо превосходят случайный уровень (обычно 50%: либо ложь, либо правда): в среднем человек плохо определяет, является ли рассказанная история ложной³⁴, является ли эмоциональная речь ложной³⁵, и является ли просто представленная эмоция ложной³⁶. Есть условия, при которых легче распознать ложь³⁷, в которых можно достигать уровня правильной классификации до 70%³⁸, но, например, боль довольно трудно различима при имитации, и уровень угадывания часто колеблется в районе 55-60%³⁹⁴⁰.

Даже когда результаты исследований демонстрируют уровень правильной классификации в ≈60%, учёные отмечают, что это невысокий показатель, и в естественных условиях, когда заранее не оговаривается, что сейчас будет задача классификации, человек плохо сможет отделять ложь от правды и зависеть от контекста⁴¹. Исследования также указывают, что подобная плохая детекция может наблюдаться и в случаях, когда имитатор не является профессиональным актёром⁴² (подставные участники в милгрэмовских экспериментах не были профессионалами, но были специально отобраны Милгрэмом и репетировали свои роли). Есть предположения, что большинство людей склонны относиться с доверием к информации, которую получают от других людей.

Можно заключить, что на текущий момент существует множество объяснений подчинения, которые заменили собой теорию Милгрэма. При этом результаты милгрэмовских экспериментов остаются достаточно надёжными, всё ещё широко обсуждаемыми в научных кругах (хотя ожидается угасание интереса в ближайшие годы), и подтверждаемыми в разных вариантах репликаций экспериментов.

Конструирование подчинения

Несмотря на отсутствие единой точки зрения касательно объяснения подчинения, большинство согласятся, что Милгрэм добавил сразу несколько элементов, которые способны вызвать более высокие уровни подчинения – то, что сам Милгрэм назвал связывающими факторами (например, видимое случайное распределение ролей между жертвой и участником, важная научная цель эксперимента, неоднозначность некоторых фраз). Вопрос в том, насколько осознанно и тщательно подбирались подобные элементы. Н. Рассел исследовал архивные записи Милгрэма, и пришёл к довольно однозначному выводу – Милгрэм действительно конструировал эксперимент таким образом, чтобы добиться нужных ему, высоких, но не абсолютных, уровней подчинения⁴³.

Если цель – добиться максимального подчинения, что эффективнее: с самого начала предупредить человека о самом худшем из того, что его могут попросить сделать, или же добиваться уступчивости постепенно, шаг за шагом⁴⁴?

На Милгрэма, как еврея, оказали огромное влияние преступления нацистов, и при создании своего эксперимента он также проводил параллели с Холокостом:

Но вскоре, в своей роли генерального солиситора [ответственного за привлечение участков], вам придётся подумать о способах доставлять больше людей в лабораторию… Признаю, это имеет некоторое сходство с положением господина Эйхмана, но вы, по крайней мере, не должны питать иллюзий относительно того, что мы делаем с нашей ежедневной квотой⁴⁵.

Изначально задумав свои эксперименты как исследования группового давления, где подставные участники будут физически всё сильнее избивать жертву, а настоящий испытуемый должен выбирать, следовать ли примеру других, Милгрэм всё более изощрённо модифицировал свои условия: были добавлены электрические удары током, групповые версии эксперимента отошли на второй план, добавлена вначале полупрозрачная, а потом и непрозрачная перегородка между испытуемым и жертвой, введены неоднозначные фразы и надписи (например, надпись СМЕРТЕЛЬНЫЙ на электрической машине была убрана, зато появилось обозначение ХХХ на самых высоких уровнях напряжения⁴⁶), добавлен пробный разряд для испытуемого в 45 вольт, более тщательно отобраны актёры (экспериментатор и жертва), и множество прочих деталей⁴⁷. Милгрэм использовал своё положение преподавателя, чтобы вместе со студентами тестировать свои идеи, добавлять и убирать различные элементы, и когда на пилотных версиях эксперимента были достигнуты высокие уровни подчинения, Милгрэм перешёл к своим первым официальным экспериментальным условиям.

Обесценивает ли такой триумф социальной инженерии результаты экспериментов? По результатам условия 13, где испытуемый был соучастником, а удары током наносил подставной учитель, Милгрэм напишет:

Любой компетентный руководитель деструктивной бюрократической системы может расставить персонал так, чтобы непосредственно в насилии участвовали только самые чёрствые и нечувствительные. Большая же часть персонала может состоять из мужчин и женщин, которые в силу своей удалённости от самих актов жестокости практически не будут испытывать напряжения, выполняя вспомогательные функции⁴⁸.

Иронично, как в этом отрывке Милгрэм говорит про бюрократическую систему, которую можно создать и использовать, добиваясь высоких уровней подчинения среди обычных людей. Хотя подобные эксперименты с трудом объясняют, например, поведение рядовых солдат-нацистов при холокосте, они демонстрируют, что если задаться целью повысить уровень подчинения, перебирая различные факторы, то можно обнаружить идеальную формулу, которая даст нужный результат. Фактически Милгрэм ввёл себя как руководитель проекта, где целью была максимизация подчинения. Такое понимание экспериментов не лишено практичного применения, и демонстрирует, что будь система авторитарна или демократична, можно сконструировать такую среду, которая заставит людей совершать преступления, если имеются достаточные ресурсы. Как и в случае вариаций экспериментов Аша, где искусственный социальный контекст, неявное групповое давление, заставляет человека назвать чёрное белым — поэтому, даже учитывая желание Милгрэма добиться высокого уровня послушания, его результаты остаются теоретически и практически значимыми.

При этом была переосмыслена и роль экспериментатора (авторитета) в этой искусственной среде: по протоколу Милгрэма, он мог задействовать 4 фразы-«подталкивания» неограниченное число раз, но в строгом порядке от более слабого к сильному, а также имел 2 дополнительные фразы на случай вопросов от испытуемых. Некоторые критики отмечали, что были элементы непосредственного давления и отхода от стандартизированных процедур⁴⁹, а комментарии других авторов (а также количественный анализ) показывают, что излишнее вмешательство авторитета было ограниченным, а случаи большого давления встречаются только когда участник уже решил завершить эксперимент, отказавшись наносить дальнейшие удары током⁵⁰.

Частота нестандартизированных вмешательств экспериментатора является небольшой, а выражения, что могли бы повлиять на участника (нестандартные выражения и дополнения к стандартным) встречаются примерно в 5% случаев у послушных испытуемых, и резко растут, когда участник отказывается продолжать наносить удары током.

Наиболее значимым открытием, на которое Милгрэм и ряд других комментаторов не обратили внимание ввиду кажущейся незначительности, является почти магическое воздействие фразы «Пожалуйста, продолжайте» — даже если бы Милгрэм ограничил экспериментатора по протоколу только этой фразой, она покрывала бы до 70% от всего уровня наблюдаемого подчинения⁵¹. И хотя трудно предположить, каким причинным образом эта фраза может быть настолько эффективной, а более напористые приказы нет, возможно именно благодаря тому, что она вежливо срезает потенциальную конфронтацию, участникам ничего не остаётся, кроме как подчиниться.

Сильное воздействие вежливой фразы в экспериментах Милгрэма сравнимо с кодовой фразой из игры BioShock — «Будь любезен» («Would you kindly») — которая активировала психологический механизм подчинения у главного героя.

Последствия

Данная статья не имела цели рассказать подробно о том, как проводились эксперименты Милгрэма, и почему часть данных была скрыта. Тем не менее, на основе ряда научных работ за последние годы можно заключить, что эти эксперименты остаются в рамках психологической дисциплины, хотя и пережили пик своей популярности; продолжают изучаться, частично повторяться, а теории — разрабатываться. Результаты, высокие уровни подчинения, остаются в значительной степени методологически обоснованными, но их интерпретация теперь имеет отношение не столько к силе авторитета, а к силе окружающей среды, которая может с использованием едва заметных подталкиваний и обмана со стороны заставить человека пойти на преступления, несмотря на моральные ценности личности.

Если согласиться с тем, что высокий уровень подчинения определяется устройством социальной среды, то возникает вопрос, какие политические институты способны ограничивать концентрацию подобной власти: насколько следует или не следует перераспределять доходы, если люди с широкими возможностями, задавшись целью максимизации подчинения, могут её достичь? Насколько безопасной является политическая система с чрезмерной концентрацией власти — не только в виде авторитаризма, но и в демократиях — где сильна президентская власть или влияние одной партии? Возможно ли такое, что существующая бюрократическая система, созданная в большинстве стран мира, уже способна максимизировать подчинение по необходимости?

Бюрократ завтрашнего дня… оснащён лучше, чем немецкие нацисты. Убивать стало не так трудно, как раньше. Современный административный аппарат обладает инструментами для быстрых, согласованных действий и для эффективных массовых убийств. Эти механизмы не только ловушкой захватывают большее число жертв, но и требуют высокой степени специализации, а при таком разделении труда моральное бремя дробится между участниками. Преступник теперь может убивать своих жертв, не касаясь их, не слыша их и не видя их⁵².

Необходимо не только не допускать чрезмерной концентрации власти у одного лица, группы лиц или системы, что возможно благодаря проведению политики по перераспределению доходов, усилению парламентаризма, более широкого представительства интересов различных категорий людей, но и активно формировать гражданское общество, учиться брать ответственность на себя; помнить, что те из нас, кто бездумно послушен приказам власти, не могут быть цивилизованными.

1. Milgram, S., & Gudehus, C. (1974). Obedience to authority. Chapter 2: Method of Inquiry.
2. Haslam, N., Loughnan, S., & Perry, G. (2014). Meta-Milgram: An empirical synthesis of the obedience experiments. PLoS ONE, 9(4), e93927.
3. Milgram, S. (1963). Behavioral study of obedience. The Journal of Abnormal and Social Psychology, 67(4), 371-378.
4. Aguillo, I. F. (2012). Is Google Scholar useful for bibliometrics? A webometric analysis. Scientometrics, 91(2), 343-351.
5. Torres-Salinas, D., & Arroyo-Machado, W. (2026). The ‘Big Three’ of Scientific Information: A comparative bibliometric review of Web of Science, Scopus, and OpenAlex. arXiv preprint arXiv:2601.21908.
6. Kaposi, D. (2022). The second wave of critical engagement with Stanley Milgram’s ‘obedience to authority’ experiments: What did we learn?. Social and Personality Psychology Compass, 16(6), e12667.
7. Package ‘bibliometrix’ (version 5.4.1). lifeCycle: Life Cycle Analysis with Logistic Growth Model. [Электронный ресурс]. URL: https://www.rdocumentation.org/packages/bibliometrix/versions/5.4.1/topics/lifeCycle (Дата обращения: 04.08.2026).
8. Doris, J. M., Niemi, L., & Machery, E. (2024). True believers: The incredulity hypothesis and the enduring legacy of the obedience experiments. Philosophia Scientiæ, 28(2), 53-89.
9. Там же.
10. Blass, T. (1999). The Milgram paradigm after 35 years: Some things we now know about obedience to authority. Journal of Applied Social Psychology, 29(5), 955-978.
11. Kaposi, D. (2022). The second wave of critical engagement with Stanley Milgram’s ‘obedience to authority’ experiments: What did we learn?. Social and Personality Psychology Compass, 16(6), e12667.
12. Künstler, R. (2025). Stanley Milgram’s Purloined Letter: A Plea for a Normative Interpretation of the “Obedience to Authority” Experiments. Philosophy of the Social Sciences, 55(1), 3-23.
13. Russell, N., & Künstler, R. (2024). Stanley Milgram’s Obedience Studies: A Critical Review of the Most Influential Explanatory Accounts. Philosophia Scientiæ, 28(2), 3-31.
14. Künstler, R. (2025). Stanley Milgram’s Purloined Letter: A Plea for a Normative Interpretation of the “Obedience to Authority” Experiments. Philosophy of the Social Sciences, 55(1), 3-23.
15. Hollander, M. M., & Turowetz, J. (2017). Normalizing trust: Participants’ immediately post-hoc explanations of behaviour in Milgram’s ‘obedience’ experiments. British Journal of Social Psychology, 56(4), 655-674.
16. Russell, N. (2018). Conclusion—The Milgram-holocaust linkage and beyond. In Understanding Willing Participants, Volume 2: Milgram’s Obedience Experiments and the Holocaust (pp. 277-299). Cham: Springer International Publishing.
17. Kaposi, D., Kacsuk, Z., & Hegarty, P. (2026). ‘Please Continue’: Implicit Communication and the Experimenter’s Interventions in Stanley Milgram’s Obedience to Authority Series. European Journal of Social Psychology, 56(1), 292-306.
18. Birney, M. E., Reicher, S. D., & Haslam, S. A. (2024). Obedience as “engaged followership”: A review and research agenda. Philosophia Scientiæ, 28(2), 91-105.
19. Künstler, R. (2025). Stanley Milgram’s Purloined Letter: A Plea for a Normative Interpretation of the “Obedience to Authority” Experiments. Philosophy of the Social Sciences, 55(1), 3-23.
20. Perry, G., Brannigan, A., Wanner, R. A., & Stam, H. (2020). Credibility and incredulity in Milgram’s obedience experiments: A reanalysis of an unpublished test. Social Psychology Quarterly, 83(1), 88-106.
21. Волюнтарист. Эксперимент Милгрэма – действительно ли человек способен легко навредить другому человеку по приказу? [Электронный ресурс]. URL: https://t.me/voluntarity/237 (Дата обращения: 04.08.2026).
22. Науке свойственно ошибаться: 6 экспериментов и открытий, результаты которых пришлось пересмотреть. // Вокруг света. [Электронный ресурс]. URL: https://www.vokrugsveta.ru/articles/nauke-svoistvenno-oshibatsya-6-eksperimentov-i-otkrytii-rezultaty-kotorykh-prishlos-peresmotret-id921884/ (Дата обращения: 04.08.2026).
23. Eric W. Dolan. Unpublished data from Stanley Milgram’s experiments cast doubt on his claims about obedience. PsyPost. 17 ноября 2019 года. [Электронный ресурс]. URL: https://www.psypost.org/unpublished-data-from-stanley-milgrams-experiments-casts-doubts-on-his-claims-about-obedience/ (Дата обращения: 04.08.2026).
24. Milgram, S., & Gudehus, C. (1974). Obedience to authority. Chapter 14: Problems of Method.
25. Haslam, N., Loughnan, S., & Perry, G. (2014). Meta-Milgram: An empirical synthesis of the obedience experiments. PLoS ONE, 9(4), e93927.
26. Perry, G., Brannigan, A., Wanner, R. A., & Stam, H. (2020). Credibility and incredulity in Milgram’s obedience experiments: A reanalysis of an unpublished test. Social Psychology Quarterly, 83(1), 88-106.
27. Doris, J. M., Niemi, L., & Machery, E. (2024). True believers: The incredulity hypothesis and the enduring legacy of the obedience experiments. Philosophia Scientiæ, 28(2), 53-89.
28. Milgram, S., & Gudehus, C. (1974). Obedience to authority. Chapter 14: Problems of Method.
29. Kaposi, D., & Sumeghy, D. (2025). The Frequency and Composition of Interpersonal Tension in Stanley Milgram’s Obedience to Authority Series. Journal of Community & Applied Social Psychology, 35(6), e70174.
30. Russell, N., & Gregory, R. (2021). Are Milgram’s obedience studies internally valid? Critique and counter-critique. Open Journal of Social Sciences, 9(2), 65-93.
31. Hollander, M. M., & Turowetz, J. (2017). Normalizing trust: Participants’ immediately post-hoc explanations of behaviour in Milgram’s ‘obedience’ experiments. British Journal of Social Psychology, 56(4), 655-674.
32. Bond, C. F., Jr., & DePaulo, B. M. (2006). Accuracy of deception judgments. Personality and Social Psychology Review, 10(3), 214-234.
33. Arminjon, M., Chamseddine, A., Kopta, V., Paunović, A., & Mohr, C. (2015). Are We Modular Lying Cues Detectors? The Answer Is “Yes, Sometimes”. PLoS ONE, 10(9), e0136418.
34. Monaro, M., Maldera, S., Scarpazza, C., Sartori, G., & Navarin, N. (2022). Detecting deception through facial expressions in a dataset of videotaped interviews: A comparison between human judges and machine learning models. Computers in Human Behavior, 127, 107063.
35. Drolet, M., Schubotz, R. I., & Fischer, J. (2012). Authenticity affects the recognition of emotions in speech: Behavioral and fMRI evidence. Cognitive, Affective, & Behavioral Neuroscience, 12(1), 140-150.
36. Porter, S., Ten Brinke, L., & Wallace, B. (2012). Secrets and lies: Involuntary leakage in deceptive facial expressions as a function of emotional intensity. Journal of Nonverbal Behavior, 36(1), 23-37.
37. Stel, M., & van Dijk, E. (2018). When do we see that others misrepresent how they feel? Detecting deception from emotional faces with direct and indirect measures. Social Influence, 13(3), 137-149.
38. Cosme, G., Rosa, P. J., Lima, C. F., Tavares, V., Scott, S., Chen, S., … & Prata, D. (2021). Pupil dilation reflects the authenticity of received nonverbal vocalizations. Scientific Reports, 11(1), 3733.
39. Bartlett, M. S., Littlewort, G. C., Frank, M. G., & Lee, K. (2014). Automatic decoding of facial movements reveals deceptive pain expressions. Current Biology, 24(7), 738-743.
40. Anikin, A., & Lima, C. F. (2018). Perceptual and acoustic differences between authentic and acted nonverbal emotional vocalizations. Quarterly Journal of Experimental Psychology, 71(3), 622-641.
41. Zloteanu, M., Krumhuber, E. G., & Richardson, D. C. (2018). Detecting genuine and deliberate displays of surprise in static and dynamic faces. Frontiers in Psychology, 9, 1184.
42. Jürgens, R., Grass, A., Drolet, M., & Fischer, J. (2015). Effect of acting experience on emotion expression and recognition in voice: Non-actors provide better stimuli than expected. Journal of Nonverbal Behavior, 39(3), 195-214.
43. Russell, N. J. C. (2011). Milgram’s obedience to authority experiments: Origins and early evolution. British Journal of Social Psychology, 50(1), 140-162.
44. Там же.
45. Там же.
46. Russell, N., & Künstler, R. (2024). Stanley Milgram’s Obedience Studies: A Critical Review of the Most Influential Explanatory Accounts. Philosophia Scientiæ, 28(2), 3-31.
47. Russell, N. (2024). Stanley Milgram’s obedience studies: An ethical and methodological assessment. Philosophia Scientiæ, 28(2), 107-129.
48. Milgram, S., & Gudehus, C. (1974). Obedience to authority. Chapter 9: Group Effects.
49. Brannigan, A. (2013). Stanley Milgram’s obedience experiments: A report card 50 years later. Society, 50(6), 623-628.
50. Kaposi, D., Kacsuk, Z., & Hegarty, P. (2026). ‘Please Continue’: Implicit Communication and the Experimenter’s Interventions in Stanley Milgram’s Obedience to Authority Series. European Journal of Social Psychology, 56(1), 292-306.
51. Там же.
52. Russell, N. (2018). Conclusion—The Milgram-holocaust linkage and beyond. In Understanding Willing Participants, Volume 2: Milgram’s Obedience Experiments and the Holocaust (pp. 277-299). Cham: Springer International Publishing.